Настольная лампа «Купальщица»
Париж, начало XX века.
Автор модели — Шарль Жорж Фервилль-Сюан (Charles Georges Ferville-Suan, 1847–1925).
Бронза, литьё, чеканка, патинирование; художественное иризирующее стекло; оникс.
Высота — 49 см.
На основании подпись: FERVILLE SUAN.
Экспертиза — Л. А. Дементьева, кандидат исторических наук, эксперт по культурным ценностям МК РФ.
Очаровательная французская лампа начала XX века, в которой изящная скульптура органично превращена в великолепный предмет декоративного искусства. Под раскинувшимися ветвями дерева расположилась юная купальщица: обнажённая девушка, словно только что вышедшая из воды, с любопытством разглядывает маленькую лягушку, забравшуюся к ней на ногу. Эта забавная деталь придаёт композиции особое очарование — образ получился живым, непосредственным, нежным и удивительно милым.
Модель создана известным французским скульптором Шарлем Жоржем Фервилль-Сюаном, учеником Франсуа Жуффруа в парижской École des Beaux-Arts и участником Парижского Салона. Особенно хороша пластика фигуры: естественность сложной позы, мягкая моделировка обнажённого тела, тонкая проработка лица, волос, кистей рук и стоп свидетельствуют о высоком качестве авторской модели и бронзового литья.
Особую декоративную ценность лампе придаёт крупный куполообразный плафон из художественного иризирующего стекла, по характеру близкий знаменитому богемскому стеклу Johann Loetz Witwe («Вдова Лётц») и Wilhelm Kralik Sohn рубежа XIX–XX веков. Его золотисто-медовая поверхность пронизана синими, бирюзовыми и лиловыми включениями, свободно растекающимися нитями и радужными металлическими переливами.
Создание подобного стекла представляло собой сложный технологический процесс. Основную стеклянную массу сочетали с окрашенными и опаловыми стеклянными слоями, вводили цветные стеклянные нити и включения, которые при повторном нагревании размягчались, растягивались и частично вплавлялись в основу. Для получения различных оттенков применялись соединения металлов — кобальта, меди, железа, марганца и других элементов, позволявшие получать глубокие синие, бирюзовые, зелёные, янтарные и фиолетовые тона.
Особенно сложной была техника иризации. Поверхность горячего стекла обрабатывалась соединениями металлов, в том числе соединениями олова, после чего следовала термическая обработка. Возникавшая на поверхности чрезвычайно тонкая металлическая или оксидная плёнка особым образом преломляла свет, создавая знаменитое радужное, перламутровое сияние — цвет словно менялся при каждом повороте предмета.
Богемские мастера виртуозно соединяли прозрачные, цветные и опаловые массы, добиваясь удивительных эффектов, напоминающих природные полудрагоценные камни — агат, оникс, сердолик, халцедон, яшму, малахит и лазурит. Разноцветные стеклянные массы накладывались слоями, вытягивались нитями, прочёсывались и деформировались непосредственно в горячем состоянии. Поэтому причудливый рисунок возникал в самой толще стекла, приобретая глубину и практически никогда не повторяясь в точности.
В представленном плафоне особенно эффектно сочетание тёплой золотисто-опаловой основы с насыщенными кобальтово-синими и бирюзовыми включениями. При включённом свете стекло буквально оживает: проявляется глубина внутренних слоёв, усиливаются цветовые переходы, а поверхность приобретает мягкое перламутрово-радужное сияние.
Редкое и исключительно эффектное произведение декоративного искусства эпохи Belle Époque («Прекрасной эпохи») и модерна, соединяющее французскую скульптуру, художественную бронзу, богемское стекло и оникс. Тёплое сияние плафона, бронзовое дерево и трогательная сценка с купальщицей создают предмет одновременно роскошный, уютный и необыкновенно обаятельный — настоящую скульптуру, которая ещё и светит.